…Когда в сентябре 1991-го в Москве прошел фестиваль Monsters Of Rock, местные металлеры с восторгом вспоминали выступления AC/DC, Metallica и Pantera, но никак не могли взять в толк, что среди этих реальных метал-монстров делала группа с двумя долговязыми парнями? Нет, на поле они воспринимались как часть единого порыва, но потом в воспоминаниях казалась несколько лишней на этом празднике хэви-безумия. Московским фанатам невдомек было, что у братьев Робинсонов, тех самых долговязых парней, за плечами был уже мультиплатиновый альбом Shake Your Money Maker, и что по меркам того времени они ничуть не меньше той же Pantera — а то и больше — имели право называться монстрами рока. Назывались они The Black Crowes, и это их журнал Rolling Stone назвал «самой рок-н-ролльной рок-н-ролл-группой в мире».
Они и впрямь были несколько не оттуда: корни музыки «Черных ворон» росли из американского тягучего фолка, из классического южного рока, из психоделии 1960-х и выкристаллизовались они в чеканную, литую форму блюз-рока 1970-х. На протяжении всей своей истории они несколько раз расходились, собирались снова, ссорились, мирились, но и по сию пору The Black Crowes обладает нерушимым статусом сверхпопулярного состава. Однако нас сегодня интересует не история братьев Робинсонов, а всего лишь один ее эпизод…
Летом 1999-го The Black Crowes играли в Лондоне, и на бис прозвучала цеппелиновская Whole Lotta Love. К восторгу публики, на сцену вместе с группой вышел Джимми Пейдж, и вдруг показалось, что время откатилось на 25 лет назад. Это было так здорово, что уже после концерта Робинсоны и Пейдж договорились отправиться вместе на гастроли. Тура не случилось, но уже осенью того же года они вместе отыграли двухдневный концертный марафон в Лос-Анджелесе, в зале Greek Theatre.
Возможно, эти концерты и последовавший за ними альбом Live At The Greek был лучшим, что сделал Пейдж в пост-цеппелиновскую эпоху (я, скажем, с этим не согласен: оба альбома Пейджа и Планта были хороши); так или иначе, его гитара здесь звучала свободно и счастливо, словно он действительно наслаждается собой и всем, что его окружает.
Рассказывают, впрочем, что сценическая «химия» не работала за кулисами. Что Крис и Рич Робинсоны, и без того регулярно ссорившиеся из-за того, кто в группе главный, обнаружили, что можно ссориться еще и с Пейджем. Что тот, обладающий тоже не самым легким характеро