Впечатления • #7/2004

Руслан ТАРАСОВ

HI-FI: ВРЕМЯ РАСТИ

УСТРАИВАЯ ОЧЕРЕДНУЮ КОНФЕРЕНЦИЮ, КОМПАНИЯ «АБСОЛЮТНОЕ АУДИО» ОРИЕНТИРОВАЛАСЬ НА РЕГИОНАЛЬНЫХ ДИЛЕРОВ. НО НАШ КОРРЕСПОНДЕНТ РУСЛАН ТАРАСОВ СЧИТАЕТ, ЧТО ОНА БЫЛА БЫ ПОЛЕЗНА И ОПЫТНЫМ МОСКОВСКИМ ПРОДАВЦАМ. ГДЕ ЕЩЕ МОЖНО УЗНАТЬ НЕ ТОЛЬКО, ЧТО И КАК ПРОДАВАТЬ, НО И КУДА ДВИЖЕТСЯ АУДИО И ВИДЕО — ПО ОТДЕЛЬНОСТИ И ВМЕСТЕ?

УЕХАТЬ ИЗ МОСКВЫ НА ЦЕЛЫЙ день почти за сто километров меня заставил всего один вопрос. И как только среди участников и организаторов я заметил Сергея Вершинина — человека, который, в компании «Абсолютное Аудио», можно сказать, отвечает за все, тут же его задал:

— Мне еще недавно казалось, что Hi-Fi-направление вымирает как класс. Но, говорят, ситуация меняется?

— Сектор CD-проигрывателей и CD-рекордеров сейчас, действительно, растет, и эта тенденция, я думаю, наблюдается не только в нашей торговой сети. Возросли и продажи стереоусилителей. Наш потребитель уже наелся китайской техникой, перепробовал mp3, а теперь говорит: «Стоп! Секундочку. Дайте мне мой CD-проигрыватель за 200 — 300 долларов — он звучит лучше». Мне кажется, что когда любительские музыкальные ресурсы в Интернете начнут сдавать позиции платным медиа-порталам, у меломанов снова вернется интерес к компакт-дискам, а с ним — и к качественному Hi-Fi. Download и CD разойдутся по нишам и будут мирно сосуществовать.

— DVD-Audio и SA-CD могут вернуть интерес к Hi-Fi?

— Этот рынок еще совсем не развит. Сейчас Virgin Records, если не ошибаюсь, собирается ввести такой сервис — приобретение диска на 24 часа. Ничего не напоминает?

— Почему же — обычный прокат. Благодаря этой нехитрой услуге очень дорогие когда-то для нас компакт-диски и видеокассеты стали доступны многим. Заодно это подстегнуло спрос на технику.

— Верно.

— Но я до сих пор думал, что падение спроса на стерео вызвано другой причиной — модой на домашние театры, особенно на «коробки».

— Да, основные деньги люди вкладывают в театры. Два года назад продажи здесь вообще росли под углом 45 градусов, а Hi-Fi так же стремительно падал. Однако сейчас картина изменилась. Продажи стереокомпонентов прошли нижнюю точку и тоже начали подниматься, что меня очень радует. Мне нравится, когда люди покупают хорошие колонки, выбирают не то, что ярче всего светится на прилавке, а качественную технику.

— А не бывает такого, что покупатель приносит обратно театр и говорит: «Заберите! Это не то, что мне надо»?

— Здесь надо разделять сегменты. Если мы говорим об аппаратуре высокой стоимости, то люди обеспеченные могут позволить себе приобрести и качественный театр, и отличную музыкальную стереосистему. Если говорить о «середине», то здесь чаще делают апгрейд. Например, покупают для театра более качественный ресивер Marantz, затем — хороший CD-проигрыватель. Я сначала удивлялся, почему у меня вдруг CD-проигрывателей стало продаваться ощутимо больше, чем тех же усилителей. Но затем понял: многие заметили разницу в качестве звучания недорогого китайского DVD-проигрывателя и обычного «сидюка». К одному и тому же усилителю или ресиверу стали подключать два источника.

— Но «коробки» все равно остаются очень привлекательной для потребителя покупкой?

— Я очень рад тому, что Samsung и LG вместе с другими компаниями выбросили на рынок такие театры. Они недороги, выглядят очень увесисто, что наш потребитель любит, многие из них очень неплохо звучат. Почему это хорошо для Hi-Fi? Люди пробуют, получают опыт, начинают ценить качество. Не поездив на «Жигулях», ты не сможешь оценить по достоинству преимущества приличной иномарки. Так и здесь: рано или поздно народ захочет «пересесть» на хорошую музыкальную аппаратуру. Кроме того, есть еще одна тенденция: кино- и меломаны начали тратить деньги на всякие Hi-Fi-аксессуары — это верный признак того, что они хотят добиться от системы лучшего качества.

— У нас совершенно не развит рынок комиссионных продаж. Почему?

— Мы просто еще не достигли насыщения. Это первая причина. Вторая — нет должного сервиса. Прежние комиссионки разве обеспечивали сервис? Мы попробовали в «Техносиле» поставить вторичные продажи на новый уровень, и знаешь, дело пошло. В будущем это может принести неплохую выгоду продавцам или существовать как ниша дополнительного заработка, но сейчас время комиссионок еще не пришло. Наш рынок аппаратуру продолжает активно поглощать. Россия на данный момент — просто черная дыра для электроники. Именно этот факт привлекает сюда иностранные компании. Ты видел, сколько приехало на «Hi-Fi шоу» иностранцев?

— Да и здесь, я смотрю, их немало. Кстати, в планы «Абсолютного Аудио» не входит расширение числа представляемых фирм?

— Входит. Могу сказать, с кем мы уже достигли договоренностей. Это Barco — единственный из оставшихся производитель классных CRT-проекторов. Аудиотехнику Vincent мы уже начали продвигать. Планы, в общем, большие, но другие марки я пока не буду называть. Скажу лишь, что у нас очень серьезные изыскания ведутся в области акустики — считаю, что это направление представлено недостаточно сильно. А еще — в области аксессуаров. Тут также спрос не удовлетворен.

Последний ответ Сергея Вершинина подсказал мне дальнейший план действий. Акустика и аксессуары — это как раз те темы, которые больше всего продолжают интересовать и наших читателей. Мне даже не пришлось готовить для каждого интервью что-то вроде наброска. Я просто вспомнил вопросы, которые видел в письмах читателей, и с ними отправился по конференции искать иностранцев. Пусть они и отвечают. n


МАНФРЕД ОЛЬБАХ, OEHLBACH:

«НОВИНКИ РЫНКУ НЕ НУЖНЫ»

Р.Т.: В редакцию приходит много писем с одним вопросом: посоветуйте кабель... Вы тоже ограничитесь дежурным ответом, что на них надо потратить четверть средств?

М.О.: Тот факт, что в цену кабелей нужно заложить 20 — 25% стоимости системы, все же справедлив. Но лучше придерживаться системного подхода: определиться с подходящим по цене кандидатами и лишь затем приступать к их прослушиванию. Базовым критерием выбора является звуковая сцена. Если вы добились того, что все музыканты расселись как надо, то кабель, с которым получился такой результат, уже не стоит отбраковывать. Следующий критерий — согласование тональных характеристик. Немецким колонкам, как правило, нужен «басовитый» кабель, а каким-то другим — уже иной. Высший пилотаж — работа с человеческим голосом. Вы должны добиться, чтобы система передавала его звучание максимально правдиво. Выбор кабеля — это целая наука. У нас даже специальная академия для дилеров есть. Перевести же на потребительский уровень это невозможно. Посмотрите, как чаще всего люди выбирают: «О, этот звучит лучше, а этот — хуже». И все. Не вникая. Неопытные меломаны вообще находят разницу там, где ее нет. Даешь послушать два одинаковых кабеля, а они говорят: «Разные!»

Р.Т.: Вы считаете, что нейтральный кабель не нужен?

М.О.: Да, потому что нейтрального кабеля не существует! Можно приближаться к нейтральности, и все — безрезультатно. Лучше сделать кабель для какого-то конкретного случая — винила, цифрового источника, усилителя, колонок. Вы ставите перед собой задачу: тут надо достичь минимальной емкости, тут — минимального затухания, и, решив ее, получаете нужный результат. Такие компании, как Linn и Naim, не случайно выпускают для своей аппаратуры особые соединители. Кроме того, нельзя забывать и о потребительских качествах. У нас есть акустический кабель плоской конструкции с очень низким сопротивлением на ВЧ.

Р.Т.: Идеальный кабель должен иметь определенную конструкцию и быть изготовлен из строго определенных материалов? Или допускаются варианты?

М.О.: Вариантов все-таки много, потому что все зависит от назначения кабеля и пристрастий слушателя. Аудио в корне отличается от видео, где впечатление — вещь вполне объективная. Чистая медь, изолятор из воздуха плюс конструкция для тех условий, в которых кабель будет работать — так получается идеальный проводник.

Р.Т.: Это в теории. А на практике что важнее?

М.О.: Соотношение цены и качества. Цена — это скорость, с которой изделие проходит через машину. Если кабель делается очень медленно из-за технологических ограничений, из-за сложной конструкции и так далее, то он получается неоправданно дорогим. Плюс отбраковка. Стоит температуре «уйти» всего на 10 градусов, и все нужные свойства пропали — целую бухту можно отправить на свалку. Мы уже много лет не меняем фабрику, так как стабильность производства считаем важнейшим показателем.

Р.Т.: Вы производите выходной контроль качества субъективным прослушиванием?

М.О.: Да, но лишь тех кабелей, которые действительно очень сложны в производстве. В стандартной продукции сложно напортачить. Хотя кое-кто и здесь допускает просто чудовищные отклонения. О каком звуке там может идти речь? Однажды мы пришли на фабрику с предложением: «Сделайте нам это с такой-то точностью». А они отвечают: «Не можем, отклонения будут больше». В таких случаях приходилось или что-то изобретать, или садиться и делать вручную.

Р.Т.: Вы сами, конечно, пользуетесь дома кабелями только марки Oehlbach?

М.О.: Ха-ха. У меня есть самые дорогие кабели Oehlbach, которые можно себе только позволить. Любимый — серебряный XXL-200. Вся аппаратура у меня стоит на бетонном основании, и к ней подходит очень много всяких кабелей.

Р.Т.: Некоторые модели выпускаются вами едва ли не с момента основания компании. Замены не предвидится?

М.О.: Новинки рынку не нужны. Я мог бы сейчас загнуть, что каждый вечер слушаю, слушаю, слушаю и потом думаю над тем, как сделать что-то новенькое, но это не так. Я предпочел бы сосредоточиться на постоянном улучшении того, что уже есть — в этом было бы больше пользы для потребителя. Но журналисты — вредные, каждую неделю звонят и спрашивают: «Новинки есть?» Приходится напоминать, что в нашем бизнесе не так уж и много возможностей для продвижения вперед. n


ГЭРИ МАРДЕЛЛ, HARMAN/JBL:

«ВТОРГАЕМСЯ В ОБЛАСТЬ НОВЫХ ПРИОРИТЕТОВ»

Р.Т.: Ваша бюджетная акустика Northridge не перестает удивлять в тестах. А можно сделать JBL еще дешевле?

Г.М.: Northridge — это та нижняя граница, где мы еще можем говорить о соблюдении традиций JBL. Кроме того, она выгодна в производстве, и просто нет необходимости опускаться в сегмент более массовой акустики. Это поле мы с удовольствием оставляем другим компаниям. Менее дорогие АС выпускаются JBL только для любителей театров в одной коробке, но это несколько другой рынок.

Р.Т.: А нет ли в многоканальном бюджетном направлении опасности для музыкальных традиций JBL?

Г.М.: Это вызов для компании. Сложившаяся тенденция говорит лишь о том, что мы должны все больше и упорнее работать. Проще всего взять какой-нибудь простенький драйвер, засунуть его в дешевый ящик, красиво покрасить и выкинуть на рынок. Мы не можем позволить себе опуститься до такого. На этапе проектирования собираем продукцию всех конкурентов и в специальной комнате измеряем ее, слушаем. Даже дешевую многоканальную систему мы не пустим в продажу до тех пор, пока не добьемся от нее звучания, лучшего, чем у самого сильного конкурента.

Р.Т.: Однако в компании назрела необходимость заменить некоторые линейки?

Г.М. Серия XTi будет заменена линией Studio L, серия TiK — на Array. Последняя, кстати, это без преувеличения уникальная разработка. В качестве прототипа мы уже показали эту акустику на СES и IFA. Согласитесь, что производить что-то подобное на компрессионных головках с рупорами не осмелится ни одна компания.

Р.Т.: А как чувствует себя JBL в конкурентной борьбе с именитыми брэндами?

Г.М.: Выдерживать конкуренцию приходится не только с ними. Рынок классических стереоколонок, где наиболее сильны позиции JBL, постоянно сужается. Мы должны переходить в мультиканальный мир, где вторгаемся в область новых приоритетов. Но основные соперники остались те же: на американском рынке — Bose, Klipsch, Polk Audio, в Европе — B&W, Canton, JMLab, KEF. В какой магазин вы ни зайдете, везде увидите эти деревянные коробки, в том числе и наши. Вот почему так важно еще и отличиться: работать в профессиональной сфере, работать с музыкантами, чтобы повысить авторитет.

Р.Т.: Насколько глубока кооперация с профессиональным отделением?

Г.М.: У нас четкое разделение обязанностей. Люди в профессиональном отделении просто решают поставленные перед ними задачи. Заодно они фактически работают на имидж, создавая отличные системы для студий и сцены. Задача бытового подразделения — приносить компании прибыль. Наши специалисты берут готовые разработки, ключевые технологии, программное обеспечение и так далее, а затем адаптируют их при конструировании бытовых систем. За счет этого в недорогих Northridge появляется пищалка с уникальными свойствами. Благодаря масштабному исследованию поведения систем в том или ином помещении, которое провели инженеры профессионального отделения, у нас появляется акустика серии Studio L. И было бы глупо этим не воспользоваться. n


ШТЕЙНАР АРНАСОН, AUDIO PRO:

«НУЖНА ИЗЮМИНКА»

Р.Т.: В названии вашей компании присутствует слово «Pro». Но вы, кажется, не занимаетесь профессиональным оборудованием?

Ш.А.: Вы правы. Такое название сложилось исторически. Однако к профессиональной сфере мы все же имеем отношение. Наши сабвуферы теперь можно встретить в нескольких известных звукозаписывающих студиях.

Р.Т.: Насколько велик прогресс в сегменте недорогой акустики?

Ш.А.: Это для нас ключевая область. В дополнение к популярной Evidence мы выпускаем новую серию акустики, которая будет отличаться и красивой отделкой, и целым рядом инноваций: особенной пищалкой, которую мы разработали вместе с датской компанией Vifa, новым акустическим оформлением. Первые модели появятся уже в июле — будет здорово, если вы возьмете их в тесты и сами оцените прогресс. Мы постоянно ищем новые идеи и стараемся почувствовать, что хочет покупатель.

Р.Т.: Одной из таких идей, я подозреваю, является технология Ace-Bass, которую вы стали применять в сабвуферах?

Ш.А.: Да, мы сделали так, чтобы усилитель мог контролировать динамик. Мы корректируем звучание в тех областях, где диффузор вносит ограничения.

Р.Т.: Речь идет об использовании электромеханической обратной связи? Но ведь она запатентована...

Ш.А.: Такой вид ОС было запатентован еще в 1978 году. Срок на свидетельство истек, и мы смогли этим воспользоваться. Теперь этот патент, правда, принадлежит Yamaha, и нам пришлось немного изменить принципы, чтобы не нарушать их прав, но работа над Ace-Bass стоила того. Мы заработали отличную репутацию — бас получается ровный, чистый и мощный даже у небольших сабов.

Р.Т.: Вы стали использовать в сабвуферах и цифровые усилители. А как скоро они придут в недорогие модели?

Ш.А.: Увы, эта технология остается пока дорогой. Мы пробовали ставить дешевые транзисторы, но не получали нужного качества. Как только появятся недорогие быстродействующие ключи, сможем перенести эту технологию и в доступную технику.

Р.Т.: Акустика с активным басом пользуется спросом, или вы ее производите скорее для укрепления собственной репутации?

Ш.А.: Это направление очень привлекательно для домашнего театра и позволяет вообще избавиться от сабвуферов, освободить место в комнате. Кроме того, такая акустика также хорошо подходит и для музыкальных систем. Жаль, что потребитель пока не оценил этих преимуществ, так что производим мы ее действительно больше ради имиджа, чем коммерции.

Р.Т.: Тяжело ли вообще продвигать передовые и нестандартные идеи? Только у вас я видел напольные сателлиты...

Ш.А.: Ну, как раз это скорее всего пойдет на рынке. Напольные тылы имеют очевидные преимущества: не нужно возиться с их креплением на стены. Но если вернуться к первой части вопроса, то скажу вам, что сейчас в нашей компании работают инженеры нового поколения. Мы хотим вернуться к тому инновационному подходу, чем прославилась Audio Pro в самом начале. Да, у нас был период, когда мы отставили в сторону смелые идеи и начали работать исключительно на рынок. Продажи быстро пошли вверх, но затем последовал спад. Чтобы вернуть интерес публики, снова нужна изюминка. n


САЙМОН СИНКЛЕР И ДЖОРДЖ РОБЕРТСОН, TANNOY:

«МЫ ПОДЧИСТИЛИ ЭТО ПОЛЕ»

Р.Т.: Правда ли, что в королевской семье предпочитают акустику Tannoy?

С.С.: У королевы-матери, которая недавно умерла, Tannoy были любимыми системами. Они стояли у нее в Оксфордшире. В Букингемском дворце — также наши Kingdom.

Р.Т.: Судя по прибавлению моделей в серии Prestige, танноевские традиции все еще в моде?

С.С.: Да, эти колонки покупают любители настоящей британской акустики. Делается она в Шотландии, для корпусов используется твердое дерево, в ней стоят лучшие наши драйверы Dual Concentric и отработанные до совершенства кроссоверы. Да и названия у них исконно британские: «Эдинбург», «Кенсингтон», «Кантербэри»...

Р.Т.: А высочайшее покровительство в лице королевы помогает продажам?

С.С.: Нет, конечно. Не так много людей знает об этом, а мы стараемся и не афишировать данный факт, чтобы лишний раз не тревожить имя королевы. Так что все вышесказанное не принимайте за рекламу. Не мы выбрали королеву, а королева выбрала Tannoy, потому что наша компания присутствует в Британии 79 лет, пользуется высокой репутацией и уважением. Вот это действительно помогает.

Р.Т.: Что помешало развивать серию Definition? Кажется, очень удачная акустика была...

Д.Р.: Рано или поздно приходит время замены линейки, а эта к тому же для нас дороговата. Конечно, акустика была очень хороша, но за это время и технологии продвинулись, и вкусы потребителя изменились. Так что идеи Definition мы перенесли и реализовали в других сериях, например в Sensys.

Р.Т.: Чем объясняется такое разнообразие акустики средней и низкой стоимости у Tannoy?

С.С.: Да, вы правильно заметили, что какое-то время назад в одной ценовой группе у нас было сразу несколько линеек. Но сейчас мы подчистили это поле.

Д.Р.: В средней ценовой группе остались только Sensys и Eyris.

Р.Т.: Как по Дарвину — выжили сильнейшие?

С.С. Верно!

Р.Т.: Но новинки в данном сегменте будут?

С.С.: Мы только что показали новую линейку Fusion. Кроме того, специально для России подготовлены к выпуску Sensys Gold. И для многоканального звука есть новинка. Это новая Arena — недорогие, компактные и стильные спикеры в литых металлических корпусах, которые одновременно являются и корзиной для динамика.

Д.Р.: У нас появились такие технологические возможности, которые позволили снизить себестоимость продукции при одновременном улучшении ее характеристик.

Р.Т.: Arena — это ответ на появление у KEF такого бестселлера, как KHT 2005.2?

С.С.: Не только KEF, но и другие компании вышли на рынок с аналогичной техникой, потому что сама идея витала в воздухе. А мы немного опоздали. Было непросто приспособить динамики Dual Concentric для работы в очень маленьком объеме.

Р.Т.: Производители все чаще представляют свою акустику как адаптированную под расширенный диапазон SA-CD и DVD-Audio. Но мне кажется, что это просто маркетинговая уловка.

С.С.: Почему же? У некоторых компаний, например, у B&W, KEF или Sony, за этим действительно стоит расширенный диапазон частот.

Д.Р.: Кстати, а знаете ли вы, что Tannoy в числе первых вышел на рынок с супертвитером?

Р.Т.: Я знаю, что именно вашими стараниями многие убедились в его необходимости...

С.С.: Вообще-то, вы правы — многие компании в спецификациях пишут то, чего у них нет. Полагаются, наверно, на то, что все равно этого никто не заметит. Но рано или поздно-то и они поймут, что расширять диапазон воспроизводимых частот надо. n

 

   
ListenListen
ListenListen

Яндекс цитирования

Яндекс.Метрика

 
           

н а в е р х

ГЛАВНАЯ | РУБРИКИ | АРХИВ | КОНТАКТЫ | АВТОЗВУК
Copyright © "Салон Аудио Видео"