наш CD • #11/2003

ОТ ПРОДЮСЕРА

С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ПОПУЛЯРНОСти и степени влияния на общественно-культурные процессы джаз, без сомнения, занимает виднейшее место в музыке ХХ века. Раскованная, чувственная, откровенная и искренняя музыка — джаз — захватила в первой половине прошлого столетия Америку и Европу. Без джаза не было бы ни рока, ни соул, ни фанка; нельзя обойти его влияние и на академическую композиторскую школу. Стилевая эволюция, пройденная джазом, поистине огромна, но в ней всегда основополагающую роль играла классическая традиция. Эта традиция не прерывалась даже в годы самых радикальных авангардистских экспериментов, она и сегодня особенно чтима и любима слушателями. Несмотря на то, что в послевоенные годы джаз уступил в популярности своим вышеупомянутым преемникам (и не только им), его реноме по-прежнему неопровержимо. Многочисленные акции и специальные программы, рассчитанные на возрождение и поддержание классических традиций, заставляют слушателей с новым интересом обращаться к этому неиссякающему источнику.

Наш проект — тоже в какой-то мере из разряда «survival». Мы не просто предлагаем читателю совершить экскурс в славное прошлое и еще раз насладиться мастерством великих исполнителей, мы хотели бы донести до современного слушателя дух подлинного джаза и, возможно, привлечь к нему новых поклонников. В джазе всегда на первом плане стояла личность музыканта, интерпретатора, импровизатора — и имена Эллы Фитцджеральд, Билли Холидей, Луи Армстронга, Сиднея Беше, Дюка Эллингтона, Каунта Бэйси, Бенни Гудмена, Арта Тэйтума, Дэйва Брубека и других участников нашего сборника открывают список гигантов джазового искусства. Сочинения для оркестра, камерных ансамблей и солистов — хиты своего времени — представляют панораму классического джаза во всем её многообразии. Основу подборки составили отреставрированные архивные записи 30 — 50-х годов (как правило, это первые исполнения композиций), запечатлевшие ауру той удивительной эпохи, когда музыка исполнялась единожды, звучала «здесь и сейчас» — и застывала на виниловых дорожках навсегда.

Елена САВИЦКАЯ

Благодарим Дмитрия УХОВА за неоценимую помощь в подготовке материала.

Jazz Giants

  1. Louis Armstrong «Hello, Dolly» 02:24 (Herman) ¶ MCA 1964
  2. Ella Fitzgerald «Something’s Gotta Give» 02:30 (Mercer/Whiting) ¶ Verve 1964
  3. Dave Brubeck «Take Five» 05:26 (Desmond) ¶ Columbia 1959
  4. Sidney Bechet «Shim-Me-Sha Wabble» 02:43 (Williams) ¶ Blue Note 1950
  5. Duke Ellington «Caravan» 04:12 (Ellington/Tizol/Mills) ¶ Blue Note 1962
  6. Art Tatum «Humoresque» 03:06 (Dvorak) ¶ Decca 1940
  7. Coleman Hawkins «Body & Soul» 03:02 (Heyman/Sour/Eyton/Green) ¶ Bluebird 1939
  8. Billie Holiday «My Man» 03:02 (Pollack/Yvain) ¶ Columbia1957
  9. Benny Goodman «Sing Sing Sing» 07:24 (Prima) ¶ Jazz Anthology 1955
  10. Jimmy Smith «Walk On The Wild Side» 05:54 (Bernstein) ¶ Verve 1962
  11. Stan Getz/Charlie Byrd «Desafinado» 02:07 (Jobim) ¶ Verve 1962
  12. Count Basie «April In Paris» 03:49 (Duke/Harburg) ¶ Verve 1955
  13. Ben Webster «Stardust» 03:55 (Hoagy Carmichael) ¶ Black Lion 1965

Общее время звучания: 49:45

Реставрация и мастеринг: Евгений Гапеев

Элла Фитцджеральд — лучшая джазовая вокалистка всех времен и народов, не считая Билли Холидей и Сары Воан. А для многих и просто лучшая. Никто так до сих пор и не научился петь скэтом, подражая, например, Луи Армстронгу — и трубачу, и человеку (в смысле вокалисту). Прожившая долгую и плодотворную жизнь, выступавшая на сцене до последних своих дней, Элла Фитцджеральд сама стала живой историей джаза. Она работала с лучшими артистами джаза и поп-музыки, покорила все континенты, завоевала все мыслимые и немыслимые награды. Ее потрясающий голос, присущая ему сила, глубина и душевная чистота не могут не волновать и сегодняшних слушателей.

Сколько копий было сломано во время споров, что же имел в виду саксофонист Пол Дезмонд под названием «Take Five»! Если учесть, что название альбома квартета Дэйва Брубека «Time Out» переводится как «перерыв», то «Take Five» должно означать что-то вроде «Отдохните минут пять». Не считая, конечно, того, что размер этой композиции — 5/4 — считался невозможным и для джаза, и для популярной музыки вообще. Однако же фирма Columbia рискнула выпустить «Take Five» на сингле и не просчиталась: рифф Дезмонда — Брубека можно услышать и в рок-опере Ллойд Уэббера «Иисус Христос — суперзвезда», и на танцевальных конкурсах где-нибудь в Центральной Африке. Настоящая популярная музыка — весь этот джаз!

Наряду с Джелли Ролл Мортоном и Луи Армстронгом, Сидней Беше — один из классиков первой (новоорлеанской) эпохи джаза. В детстве Беше обучался игре на кларнете, однако позже сделал своим основным инструментом тогда еще малоизвестный в джазе сопрано-саксофон. Несмотря на то, что темпераментного, импульсивного Беше несколько раз высылали из Европы в связи с различными скандалами, во второй половине жизни музыкант окончательно переселился из США в Париж, где и нашел подлинное признание. Беше одним из первых начал работать с малыми инструментальными составами, в которых каждый участник был, по сути, солистом. Исповедуемый им принцип сквозной импровизации преломлен в композиции «Shim-Me-Sha Wabble» (в России аналогичный танец — разновидность фокстрота — был известен под названием «Шимми»).

Не только послушать, но и посмотреть, как играет практически слепой пианист Арт Тэйтум, приходили академические виртуозы Вальтер Гизекинг и Владимир Горовиц. Но дело, конечно, не только и не столько в беглости пальцев, сколько в том, что Тэйтум придавал ощущение сиюминутности джазовой импровизации любой музыке, даже типично салонной пьесе чешского классика Антонина Дворжака. И именно Тэйтум доказал, что импровизация для джазмена — не догма: когда пианиста упрекали в том, что он «сегодня он сыграл точно так же, как вчера», он резонно отвечал: «А вы предложите что-то лучшее».

Дюк Эллингтон сочинил композицию «Караван», похоже, ставшую «торговой маркой» всего джаза, на основе мотива, как-то сыгранного его тромбонистом-пуэрториканцем Хуаном Тизолом. На записи 1937 года хорошо слышно, что в оригинале это типичное «латино», не имеющее никакого отношения к условному Востоку. А скрип арбы и пение муэдзина в версии Эдди Рознера — чистейшая фантазия, навеянная одним только названием. В наш сборник вошла более поздняя версия «Каравана» (из альбома «Money Jungle» 1962 года): Дюку Эллингтону (фортепиано) аккомпанируют Чарли Мингус (контрабас) и Макс Роач (ударные).

Сейчас трудно поверить в то, что пластинка с записью баллады «Душой и телом» была хитом в эпоху больших оркестров и танцевальной лихорадки 30-х. Тем более что сама темы баллады в этой записи даже не звучит — настолько убедительно саксофонист Коулмэн Хокинс использует в своих спонтанных вариациях все остальные ее «параметры» — гармонию, ритм и т.д. и т.п.

Вопреки названию биографического кинофильма о Билли Холидей «Леди поет блюз», в котором роль главной героини сыграла (и спела за нее) Дайана Росс, Билли Холидей настоящих блюзов никогда не исполняла, но идеально передавала чувство блюза своим голосом. Она «всего лишь» тщательно «выпевала» слова, не прибегая, в отличие от всех остальных джазовых певиц, ни к каким вокальным ухищрениям.

Танцевальный хит «Пой, пой, пой» сочинил подражатель Луи Армстронга, трубач и вокалист итальянского происхождения Луи Прима. Но «король свинга» Бенни Гудмен решил сделать из этой вещи коронный номер для своего биг-бэнда и ухитрился в 1937 году записать на пластинку полную концертную версию длительностью 12 с лишним минут. Она занимала обе стороны шеллаковой пластинки на 78 об/мин, которую приходилось переворачивать, разрывая соло барабанщика Джина Крупы. То самое, по которому учились играть ударники первой волны рок-н-ролла и мерси-бита (на нашем сборнике представлена более короткая версия 1955 года).

Джимми Смит — главный герой органа Хэммонда. Он мог бы оставаться исполнителем ритм-энд-блюза, играть на органе в церкви, но предпочел нелегкую стезю джазового импровизатора — на заре эры рок-н-ролла. И за это (а не за временные отклонения в сторону черного фанка) его ценят и джазмены, и рок-музыканты, и новое техно-поколение, обязанное ему характерным саундом легендарной модели «B-3». И потом, мало кто из джазменов может сочинять блюзы на 3/4, которые, как, например, «Прогулка по окраине», при этом нисколько не отдают душещипательными вальсами.

Мюзикл Джерри Хермана «Хэлло, Долли!» с огромным успехом шел на Бродвее с 1964 по 1971 годы, выдержав 2500 представлений. А титульная песня из этого спектакля в студийном исполнении Луи Армстронга стала суперхитом, потеснившим году с верхушки хит-парадов «Can’t Buy Me Love» The Beatles. Одноименный альбом короля джаза и ровесника ХХ века (если не брать в расчет разногласия по поводу точной даты рождения артиста) также занял первую строчку чартов. В поздние годы своей карьеры прославленный трубач, композитор, бэндлидер все большее значение уделял пению. Как известно, от своей знаменитой хрипотцы Луи одно время даже пытался избавиться с помощью операции, но потом понял, что она придает его голосу неповторимую индивидуальность. В «Хэлло, Долли!» великий Сэчмо запечатлен именно таким: обаятельным шоуменом-крунером с обезоруживающей улыбкой и открытой душой.

Если бы босса-нова уже не существовала в Бразилии в виде сплава местной самбы и джазовой импровизации, ее обязательно надо было бы выдумать. И выдумал бы ее американский тенор-саксофонист Стэн Гетц, и именно в начале 60-х, когда его коллеги Сонни Роллинс и Джон Колтрейн уже перешли грань, отделявшую джаз от популярной музыки. Гетц объединил свои усилия с бразильской четой Аструд и Жоаном Жильберту, а также Чарли Бёрдом, американским джазменом, принципиально играющим исключительно на акустической гитаре. Благодаря им джаз — в виде легкой и воздушной босса-новы — на некоторое время, до битломании 1964 года, вернул себе утраченные было позиции в мире музыкальной моды. И эта мода откликнулась в 90-е, когда пластинки с босса-новой начали крутить ди-джеи. Так, собственно, и родился acid jazz...

Автор «Апреля в Париже» — русский композитор, друг Сергея Прокофьева Владимир Дукельский, работавший в эмиграции под псевдонимом Вернон Дюк. Показательно, что оркестр Каунта Бэйси, считавшегося чуть ли не крестным отцом ритм-энд-блюза/рок-н-ролла, с такой теплотой и проникновенностью исполнял и лирическую музыку утонченно-европейского происхождения.

Бен Уэбстер — один из ведущих тенор-саксофонистов мира. Как и Сидней Беше, Уэбстер переехал из Штатов в Европу (в Голландию); он также слыл человеком с тяжелым характером и получал от коллег обидные прозвища — от «Лягушки» до «Животного». Тем не менее, исполнительский стиль Уэбстера, бывший довольно агрессивным в 40-е, удивительно смягчился в 60-е: альбом «There Is No Greater Love» полностью состоит из медленных романтических баллад. Мягкий, бархатистый, тёплый тон саксофона Уэбстера захватывает; один из наиболее часто записываемых джазовых стандартов всех времен и народов — «Stardust» — звучит в его исполнении свежо и волнующе.

Подготовили Дмитрий УХОВ
и Елена САВИЦКАЯ

 

   
ListenListen
ListenListen

Яндекс цитирования

Яндекс.Метрика

 
           

н а в е р х

ГЛАВНАЯ | РУБРИКИ | АРХИВ | КОНТАКТЫ | АВТОЗВУК
Copyright © "Салон Аудио Видео"