Я СЛЫШУ l #3/2003

Александр ТАРИМ *

ВИЕТА И ДВЕ ЕЁ СВИТЫ

ГЕРМАНСКОЕ АУДИО ЕСТЬ НЕКАЯ ВЕЩЬ В СЕБЕ. У НАС ОНО ОКРУЖЕНО ЛЕГЕНДАМИ ЕЩЁ С ТЕХ ПОСЛЕВОЕННЫХ ВРЕМЁН, КОГДА СТРАНУ НАВОДНИЛИ ТРОФЕЙНЫЕ «ТЕЛЕФУНКЕНЫ», «СИМЕНСЫ», «КЁРТИНГИ». ЗАЧАСТУЮ ИХ ЕДИНСТВЕННЫЙ ДИНАМИК, ОБЛАДАЮЩИЙ ФУНДАМЕНТАЛЬНОЙ МОЩЬЮ И УБЕДИТЕЛЬНЫМ ГОЛОСОМ, ДЕМОНСТРИРОВАЛ ЧУДЕСА ЗВУЧАНИЯ, СОВЕРШЕННО НЕДОСТУПНЫЕ ОТЕЧЕСТВЕННЫМ МНОГОПОЛОСНЫМ УСТРОЙСТВАМ ДАЖЕ БОЛЕЕ ПОЗДНИХ ЛЕТ ВЫПУСКА. СОВРЕМЕННАЯ НЕМЕЦКАЯ АКУСТИКА УСТРОЕНА ХИТРО, СТОИТ ДОРОГО, ДА И ЗАЧАСТУЮ ВЕДЁТ РОДОСЛОВНУЮ С ТЕХ ЖЕ СЛАВНЫХ ВРЕМЁН.

НАПРИМЕР, ISOPHON. ГОД РОЖДЕНИЯ - 1929. Первый громкоговоритель с постоянным магнитом, «народный радиоприёмник» - 1933. Олимпийские игры в III рейхе озвучиваются акустическими системами Isophon в корпусах из кавказского ореха с передней панелью из клёна - 1936. Рекламный слоган: «Единственным критерием качества воспроизведения является эмоциональное воздействие на слушателя» - 1937 (начало High End'а?). Легендарный концертный громкоговоритель «Orchester» - 1949. Монофонический громкоговоритель объёмного звучания - 1955. Известное имя в мире Hi-Fi - 60 - 70-е годы. Новейшая история, новый имидж компании - разработки доктора Роланда Гаудера.

Темы исследований: совместное действие разделительных фильтров высокой крутизны и принципа акустической фильтрации, что позволяет получить при минимальном числе компонентов крутизну спада 24 дБ/окт., а у отдельных моделей до 50 дБ.

Акустическое оформление низкочастотных излучателей типа Bandpass, где драйверы работают на внутренний объём, а излучение баса происходит через порт инвертора.

Пассивная временная задержка в ВЧ-излучателях, которые, в свою очередь, представляют собой конструкции из однодюймового мягкого купола, запатентованного Isophon, в демпфированном корпусе и сдвоенной магнитной системы.

Установленные в результате этих работ принципы легли краеугольным камнем в основу конструкции прослушиваемой сегодня системы Isophon Vieta (С= 9802).

Некоторые подробности. Два басовых драйвера заперты во внутреннем бандпассе, излучение низких частот происходит через высокую щель на передней панели. Из двух среднечастотных излучателей один установлен на передней, а другой - на боковой панели, подобно тому, как это делалось в монофонических радиоприёмниках 60-х годов для получения объёмного звука (эксперименты показали, что наилучшее звучание получается, когда боковые динамики «смотрят» друг на друга, хотя в хорошо заглушенной комнате возможен и обратный результат). Фронтальные СЧ/ВЧ-излучатели закреплены на хромированных алюминиевых панелях. Предусмотрено включение bi-wiring.

Дистрибьютор предложил нам продемонстрировать звучание «Виеты» как бы в двух ипостасях. В первом случае она прослушивается (правда, только в режиме стерео) в составе комплекта 820 M Т+А для домашнего кинотеатра. Он включает DVD-проигрыватель DVD820M Silver (С= 2772), предварительный усилитель-тюнер PT820M Silver (С= 1638), декодер - трёхканальный усилитель DD820M Silver (С= 3780), оконечный стереоусилитель PA820M Silver (С= 1890). Всё это установлено на стойку AS820M Silver (С= 504).

   

Вообще-то, данный кинотеатральный центр построен по довольно-таки разумной идеологии, когда стереосистема достраивается процессором и трёхканальным усилителем до театра. Таким образом, процессор выполняет лишь роль НЧ-коммутатора, минимально вмешиваясь в воспроизведение стереосигнала. Приведём некоторые параметры компонентов комплекса, существенные для проводимого прослушивания.

Система комплектуется собственными кабелями, которые компактно укладываются в закрываемые задние крышки и через полость подставки выходят наружу. Но сегодня, желая получить максимально возможный результат, мы решили применить нештатные, более дорогие кабели. Вот их перечень:

Интерконнекты AudioQuest. Anaconda - $995/м, Viper $195/м, Coral $113/0,75 м.

Акустический кабель Clearwater RB28 (2 x 3 м) - С= 227, который используется и для внутренней проводки.

Перед прослушиванием мы тщательно сфазировали сетевые вилки всех компонентов (чем их больше, тем эта операция существенней) и поэкспериментировали с расстановкой акустических систем. Их положение относительно стены не очень критично, но в плохо заглушенной комнате иногда может оказаться предпочтительным поворот колонок «носками внутрь» в сторону слушателей - некоторое смягчение тембра.

Главное, не так уж часто встречающееся достоинство, отмечаем сразу: широкое стерео в широкой зоне (очевидно, влияние бокового среднечастотного громкоговорителя). Кстати говоря, упомянутая выше перемена мест правой и левой колонок, при которой эти динамики оказываются повёрнутыми наружу, положительно сказывается на масштабности звучания и кажущихся размерах оркестра. Но в целом звук становится менее насыщенным и интенсивным. Всё зависит от помещения прослушивания и в каждом конкретном случае требует эксперимента.

А пока что отметим некоторую яркость звучания, неизменно сопровождавшую нас в течение всего процесса прослушивания с транзисторным усилителем. На первый взгляд это выглядит монотонным, но затем это ощущение рассеивается - артикуляция голосов чёткая, иногда даже излишне акцентированная. Это придаёт голосам солистов и даже отдельным участникам хора неповторимую индивидуальность и позволяет слышать не только каждое слово, но и интонацию при большом скоплении звуков [1]. Итак, исходя из первого впечатления, голосовые свойства акустики весьма привлекательны, слегка подчёркнуты неуловимым слоем искусной косметики.

Берлиоз [2] - красиво и холодно. Здесь мы наслаждаемся динамикой. Если тихо, то тихо - с сомнением проверяешь, не нарушена ли первоначальная установка уровня. Но вот взрыв громкости - вопрос о какой-либо акустической нелинейности даже не поднимается. В совокупности тембральных, пространственных и динамических качеств с удивлением отмечаем проблески ощущения пребывания в довольно-таки хорошем концертном зале.

«Поговори с ней» [3] - саундтрек записан совершенно иначе, нежели фильм. В нём мелодия как бы на заднем плане, а основную эмоциональную нагрузку несёт изображение - балетный номер. Напротив, здесь музыка охватывает нас со всех сторон, и мы это сразу ощущаем. Настойчивый ритм где-то на втором плане, а центр внимания - сменяющие друг друга гитара и скрипка. Не скромные, а, я бы сказал, скрытые эмоции. Кажется, что неуловимо изменилась акустика помещения.

Пожалуй, главное - нет явно узнаваемых признаков, к которым можно привыкнуть. Впрочем, есть кое-что, но оно, скорее, принесено из электроники - об этом разговор отдельный.

Зорн [4] - многоообразие и чистота меди, виртуозность, никаких видимых искажений. Стилистика записи - подчёркнутая, даже избыточная цифровая чистота, стерильная передача взрывного темперамента. Точно выдержанные паузы и много воздуха. Игра хорошо воспринимается. Четкие упругие удары, отсутствие затягивания переходных процессов в столь сложной резонансной системе, как бандпасс, говорит о филигранно точном ее расчете и высокотехнологичном исполнении.

Джазовое пение есть, увы, стиль прошлого. «Двойная шестёрка» [5] время от времени присутствует в наших тестах потому, что трактовка такой фонограммы многое говорит о характере звучания компонента или системы в целом. Множество голосов, ярких, индивидуальных, да ещё в сборнике, содержащем записи разных составов разных лет. Вокальные приёмы с кажущейся лёгкостью создают импровизации, аккомпанемент несложен - рояль да контрабас, но достойно передать эту картину, не скатываясь в банальность, назойливость или простую стилизацию, крайне нелегко. Должно звучать живо, разборчиво, слитно, а собственно классность выявляется, пожалуй, в подчёркивании индивидуальности каждого голоса. Здесь это глубинное свойство, не бросающееся в глаза. Слышен огромный потенциал акустики, ощущаешь, что не зря потрачены грандиозные усилия по линеаризации частотных и фазовых характеристик кроссоверов. Мы наслаждаемся правильностью контрабаса, раздельным звучанием всех его струн. Отметим, что писались подобные пассажи без всяких наложений (тогда их ещё не знали) непосредственно из студии, хорошей и правильной студии, - мы физически ощущаем обилие свободного пространства и места для звука.

Нэймовский сэмпл [6] - хороший тест на правильную передачу тембра, восприятия акустической записи, а также, что наиболее интересно, принятия оригинальной стилистики этой самой записи. Ощущение противоречивое. Именно принятый стиль ставит испытуемых в затруднительное положение. Дело в том, что записи Naim звучат совсем не так, как их аппаратура. В них подчёркнуто много спокойствия, неторопливости, обилие подробностей, проявляющихся порой косвенно и неожиданно. Немецкое же творение привыкло жить совершенно по-иному. Оно ищет во входящем сигнале правила и упорядоченность, а уж если это классика - незыблемость. А потому главное наблюдение здесь - натуральный тембр скрипки и её позиционирование по отношению к другим инструментам. Звуки рояля великолепны. Но всё это - отдельные фрагменты общей картины, а в целом стили не совпадают, хотя отдельные решения удачны.

Weather Report [7] не так-то прост. Как-то раз меня с ним вежливо попросили с демонстрации одного ужасно дорогого комплекта High End, ибо этот нервный и необычно стилизованный звук не вписывался в картину общего благополучия. «Dream Clock» - услышать бы хоть раз, как это звучит на живом концерте... Но не будем пытаться объять необъятное, послушаем лишь завершающий фрагмент композиции - там всё должно быть чисто, воздушно, заключительные аккорды буквально повисают в воздухе, лишённые какой-либо опоры. Но при этом они остаются телесными и живыми. Здесь это происходит, но несколько гипертрофированно. Диск вообще очищен от грязи, всего сомнительного, что могло бы исказить замысел. Тарелка ударника из чистейшего серебра оказывается подвешенной не просто в воздухе, а вообще нигде. Всё сверкает, стерильно, чуть поболее бы спонтанности.

На сцене джазового клуба у нас Роланд Кёрк и Сидней Беше [8, 9]. Cегодня это не выступление, а, пожалуй, занятия с виртуозами. Взаимный мастер-класс. Великолепная техника, за которой бывает трудно рассмотреть что-либо иное. Стерео везде! Мы продолжаем восторженно следить за репетицией, но концерт начнётся попозже... Беше на сцене не хватает именно того самого знаменитого куража, который ему так свойственен, а зал его слышит (чувствуется по реакции) - таково здесь прочтение джаза.

В музыке карпатских цыган [10] поражает расположение в пространстве всех инструментов с филигранной точностью. Это не деревенский праздник, а великолепная запись в студии, хотя исполнителям к этому не привыкать - они постоянные гости многих международных фестивалей. Внезапно появляется низкий бас в виде какого-то движения воздуха. Понимаешь, что замысел режиссёра не так уж прост, а вся эта лавина музыки рано или поздно опрокинется на тебя. Интересное прочтение.

Кстати, об исследовании низкого баса. В заключение мы будем слушать Genesis [11], где при записи применялась педаль и шестиструнная бас-гитара. Здесь это сильно эффектно, немного приглушено. К мягкой волне воздуха нужно привыкнуть, чтобы понять её красоту. Всё же эта акустика для гораздо большего помещения - порой уникальные басовые пассажи были лучше слышны в соседней комнате.

И наконец, долгожданный переход. Наша вторая система будет состоять из топового CD-проигрывателя T+A CD3000R Silver (С= 9890) и лампового усилителя Nightingale ADM-32 ($3800), кабели остаются прежними. Итак, лампы. Выходные пентоды 6L6 российского производства. Выходная мощность 30 Вт, режим - ортодоксальный класс А. Из конструктива следует отметить укороченный путь прохода сигнала - входные терминалы расположены на передней панели. Итак, не самая простая нагрузка в сочетании с пентодным усилителем и неизбежной в этом случае обратной связью. Пара с непростым характером.

При переходе в мир вакуума в корне меняется прочтение, появляются восторженные отклики. И в то же время недоумение. В мире усиления отсутствуют беспроигрышные решения, во всяком случае, в области сопоставимых цен.

Итак, что же привнесла лампа в звучание немецкой классики? Аналитика медленно, но верно уступает место акустической правде и первичной эмоциональности. Рояль вдруг обретает свою истинную бархатистость, размеры, рокочущий тембр. Записи, сделанные в прошлые годы, приобретают законченность, мы наконец можем по достоинству оценить филигранную точность работы среднечастотной секции, фазовую согласованность, слитность звука.

Что с басом? Мы предупреждали о тяжёлой нагрузке, а пентод с обратной связью - не самый лучший способ демпфирования. К тому же выходные трансформаторы Nightingal'а имеют вполне умеренные размеры. Скажем так: пространство 80 - 100 Гц уверенно заполнено надлежащей энергетикой, акустически сформированные фронты сигнала вполне адекватны. Но когда дело доходит до электронных инструментов, студийных замыслов, попыток сымитировать большие гулкие пространства, создаётся зона некоей безликой неопределённости, хотя система и не вносит искажений. Кроме того, в записях, скажем, Weather Report я бы отметил некую вялость и отсутствие определённой синтетической красоты, которая, возможно, является неотъемлемой частью ауры и обаяния музыки этой группы.

Итак, заключение. Vieta - это классика. Причём не реставрация идей середины прошлого века, а классика сегодняшняя. В ней сосредоточены непростые технологии, реализация которых требует кропотливого подхода, исследований, высокоточного оборудования. Девиз: во всём диапазоне снизу доверху всё должно быть правильно и безупречно любой ценой. Привходящие требования не так уж сложны: усилитель соответствующей идеологии. Результаты наших двух опытов:

1 - театральный комплект Т+А, пожалуй, не полностью согласуется с акустикой по классности, но блестяще демонстрирует своё звуковое начало без всяких поправок «на кино» с позиций весьма сложного High End-теста.

2 - ламповый усилитель - классика, но возрождённая классика иных времён - 40 - 60-х годов ХХ столетия, когда принципы построения акустических систем были совершенно другими и, соответственно, существовали иные энергетические и частотные критерии. Что касается вакуумной схемотехники, дружественной современной акустике, то, очевидно, это всё же дело будущего.

Итак, уверенная рекомендация любителям классического подхода. Готовым проделать непростую, но интересную работу по созданию гармоничной системы, включающей сходные по идеологии компоненты, ибо явные и восхитительно угадываемые достоинства Viet'ы стоят того. Королеву делает свита. n

Краткая характеристика. Излучатели: НЧ - 2 х 200 мм, СЧ - 2 х 120 мм, ВЧ - 25 мм. Частоты раздела - 150 и 3400 Гц. Тип кроссовера - симметричный полосовой фильтр шестого порядка, ВЧ-фильтр. Импеданс 4 Ом, синусоидальная мощность 220 Вт, импульсная - 360 Вт. Габариты 1100 х 225 х 370 мм, масса 38 кг.

DVD820M. Двойной дифференциальный ЦАП 2 х 24 бита, 384 кГц, сигма/дельта-конвертор. Полоса воспроизводимых частот 2 - 20000 Гц, нелинейные искажения 0,0015%, эффективная динамика 98 дБ, отношение сигнал/шум 109 дБ. Выходное напряжение 2,5 В эфф при выходном импедансе 22 Ом. Габариты 80 х 300 х 300 мм, масса 4 кг.

PT820M. Полоса 1 - 300000 Гц, отношение сигнал/шум 103 дБ, искажения менее 0,001%. Входная чувствительность 250 мВ/20 кОм, выходной сигнал 1 В эфф при импедансе 47 Ом. Габариты 80 х 300 х 300 мм, масса 4,5 кг.

PA820M. Выходная мощность 100 Вт на нагрузке 8 и 150 на 4 Ом. Полоса 1 - 300000 Гц, скорость нарастания сигнала 60 В/мкс, демпинг-фактор >500, отношение сигнал/шум 110 дБ, искажения менее 0,001%. Габариты 80 х 80 х 300 мм, масса 8 кг.

НАША МУЗЫКА

1. Goran Bregovic. «Songbook».

2. Berlioz. «Le Carnaval roman».

3. «Hable con ella». Soundtrack.

4. John Zorn. «Masada».

5. Naim. Sampler 4.

6. Weather Report. «Night Passage».

7. Roland Kirk. «We free kings».

8. Sidney Bechet. «...Olympia».

9. Taraf de Haidouks.

10. Genesis. «A Trick of the Tail».

 

   
ListenListen

Яндекс цитирования

Яндекс.Метрика

 
           

н а в е р х

ГЛАВНАЯ | РУБРИКИ | АРХИВ | КОНТАКТЫ | АВТОЗВУК
Copyright © "Салон Аудио Видео"